X

X

Недели через две они лежали почти так же: навзничь и взявшись за руки — в постели. Есть такое сложное упражнение в фигурном катании — подкрутка, кажется, или какое-то другое, более красивое название. Так вот, из этого неожиданного положения несколько минут назад Галя рухнула на постель в первом в своей жизни оргазме.

Они улыбались, хотя и несколько по-разному. Ал, надо признать, размышлял вполне инженерно: думал о том, что все предыдущие так называемые эротические навыки никакой ценности не имеют по той единственной и вполне достаточной причине, что с Галей они ему не пригодились. То, как это происходило с лежащей рядом странно родной женщиной, ровно ничего не напоминало — одна сплошная непохожесть и небывальщина. От процесса не то дифференцирования, не то интегрирования нового полученного в этом смысле опыта Ала отвлёк Галин смех.

— Ты что смеёшься? — спросил он.

— Над тобой.

— Что так?

— Вспомнила, — Галя опять засмеялась, как колокольчиком зазвенела, — как же ты тогда испуга-а-ался!

— Когда?

— Когда у дома — после молитвы — я сказала, что фригидная и холодная! — И опять её смех зазвенел — как из чистой воды хрусталя колокольчик…