Глава пятьдесят девятая ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ-2 (Уточнения пророков последнего времени)

Глава пятьдесят девятая

ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ-2

(Уточнения пророков последнего времени)

Среди духовных столпов новейшей истории есть одна, так скажем, вестница Божья, которая уточнила, в каких формах конкретно в последнее время будет происходить противостояние противоначал Вселенной. То, что она родилась американкой, не помешало ей не впасть в заблуждение относительно духовной сущности своей родины-территории; светлое же начало она видела именно в России.

Об особых обстоятельствах России непосредственно перед Вторым Пришествием Христа заблаговременно кто-то был должен сказать, ибо, как сказал пророк Амос, «…Господь Бог ничего не делает (допускает. — А. М.), не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам».

Однако по порядку и чуть издалека.

Пророк Амос, «один из пастухов Фекойских» (Амос 1:1), не считал и не называл себя пророком, о чем сказал прямо: «Я не пророк и не сын пророка… но…» (Амос 7:14–15).

Эти слова Амос за семь с лишним столетий до н. э. сказал Амасии, главному иерарху госрелигии (Амос 1:10), когда тот потребовал, чтобы Амос не пророчествовал «против» своего народа. Именно так — «против» первосвященник понимал вскоре сбывшееся пророчество Амоса: «…Израиль непременно отведен будет пленным из земли своей!» (Амос 7:11).

И отвечал Амос и сказал Амасии: я — не пророк и не сын пророка; я был пастух, и собирал сикоморы (плоды фигового дерева, самые дешевые из всех плодов той местности. — А. М.).

Но Господь взял меня от овец и сказал мне Господь: «иди пророчествуй к народу Моему Израилю».

Теперь выслушай слово Господне. Ты говоришь: «не пророчествуй на Израиля и не произноси слов на дом Исааков».

Но вот что говорит Господь: жена твоя все равно будет обесчещена в городе[25]; сыновья и дочери твои падут от меча; земля твоя будет разделена межевою вервью, а ты умрешь в земле нечистой, и Израиль непременно выведен будет из земли своей.

(Амос 7:14–17)

Итак, если коротко: самый главный в иерархии госсвященник, один из череды идеологов, почитаемый толпой и правителями за способность убедительно извращать суть мессианства (христианства), пытается приказать человеку без диплома, пастуху и собирателю сикомор заткнуться и не мешать ему, уважаемому человеку, врать и наслаждаться пребыванием во лжи.

К счастью, встречаются иногда люди, которым легко и приятно говорить только правду. В том числе легко и приятно предсказывать совершенно закономерные и для здорового и верно направленного ума совершенно очевидные события будущего, тем более что сбываются их предсказания не частично, как у лжепророков, но полностью.

Амос не внял напору самой уважаемой религиозной иерархии. И не замолчал. И, очевидно, первосвященник-предатель и его семья, как и было предсказано, в результате любви ко лжи погибли в «нечистой земле».

За тысячелетия не изменились не только первосвященники.

Не изменились и пророки Божьи.

Не могла молчать и одна женщина, родившаяся в XIX веке в Соединенных Штатах. Не молчала, хотя ей пытались заткнуть рот священнослужители и первосвященники разных иерархий, — словом, иерархии как таковые.

И ее предсказания тоже исполнялись полностью.

Хотя она, подобно Амосу, тоже не называла себя пророком. Но просто: Елена Уайт, христианская писательница.

Или: вестница Божья.

Но мысли она высказывала поистине нетипичные.

К примеру, все многочисленное множество «пророков» и «просветленных» сходятся в общем для них кредо: уж моя-то организация есть самая правильная из всех организаций, учитесь в ней… у нас учитесь… у меня учитесь, я вам передаю Божью мудрость.

Но Елена Уайт говорила: учиться надо у Бога. И в слова эти, достаточно затасканные и извращенные, Елена Уайт вкладывала изначальный смысл. В частности, она говорила (предсказывала), что ее собственная церковь (адвентистов седьмого дня — кстати, единственная организация, которая причислила ее к пророкам, после ее смерти, разумеется, и беспардонных над ней издевательств при жизни), — это всего лишь организация, которая как была при ее жизни мертвой (Лаодикией — см. Откр. 3:14–22), так таковой и останется вплоть до Второго Пришествия. Будут, писала она, спасенные и среди адвентистов, но только один из сотни, да и то «как бы из огня»Но зато будет великое множество, — говорила эта адвентистка, — спасенных вне адвентистской иерархии. Разве не ересь для ушей всякого «благонадежного»?!

Елена Уайт (1828–1915) много писала, что еще при ее жизни пасторский корпус некогда живого адвентистского движения превратился в бездуховное сообщество не знающих Бога людей, и, следовательно, не научившись сами, они ничему научить не способны, — и иерархия адвентистов ей мстила не только при жизни, но пуще всего отомстила ей после смерти.

Месть заключалась в том, что ее канонизировали в старых «добрых» традициях религий для масс — и превратили в цитатник, «источник полноты Истины».

В этой абсолютизации всякий, хоть слегка задумывавшийся над содержанием ее книг, обнаруживал внутреннее противоречие: если к каждому записанному слову покойной относиться как к непогрешимой истине, то как быть с ее собственными многочисленными высказываниями о том, что по многим вопросам Бог ей ничего не открывал (следовательно, высказывала она по ним всего лишь традиционные суеверия, характерные для самохвальной американской «культуры» XIX века)? Как относиться к ее, Елены Уайт, многочисленным вариациям на тему «будущим поколениям будет явлен еще больший свет», и если уж писанное мерило веры существует, то это не ее книги, а — Библия? Как вообще относиться к ее очевидной позиции, что каждый человек должен заново переосваивать пространство Истины, и авторитетов в этом деле быть не может, а одно только прямое общение с Богом?

Позиция самой Елены Уайт ясна и однозначна: ее творчество — лишь подспорье в самостоятельном освоении пространства Истины. Иерархия же все извратила — и превратила в подобие внутренне противоречивого марксизма.

Итак, противоречие, недоступное умам иерархов, если коротко, в следующем: если каждое ее слово верно, то верны и все ее косвенные указания на то, что в ее текстах много неверного, следовательно, каждое ее слово верным считать нельзя. Если же считать, что неверны ее прямые высказывания об ошибочности ее некоторых воззрений, но, напротив, она права во всем, — то она все равно не во всем права, следовательно, каждое ее слово, а значит, и все творчество в целом, последней инстанцией Истины быть не может.

Месть иерархии в том и состояла, что ее фактически объявили оракулом — какие по поводу ее слов и текстов могут быть рассуждения! Превратив ее в цитатник, субиерархия адвентистов над Еленой Уайт в очередной раз надругалась. (Вообще-то, подобное желание умертвить живое откровение, превратив его в цитатник, присуще всем идеологическим субиерархиям. Вот уже третью тысячу лет множество различных церковных субиерархий издеваются подобным же образом над Святым Духом, пытаясь превратить в цитатник живое Слово Бога — Библию.)

Конечно, были проведены и специальные административные мероприятия: иерархия, завладев ее архивом, к более чем половине ее литературного наследия доступ перекрыла полностью, а остальное издается или в порезанном виде, или… словом, способов множество.

Но затемнить и переврать всё иерархии не удается: даже пропускаемые церковной цензурой отрывки, не говоря уж о книгах, прорываются к тому, кто стремится мыслить, идеями — и какими по насыщенности идеями!

Впрочем, хорошего писателя не перескажешь, его надо читать.

Для наших же целей ограничимся только теми некоторыми предсказаниями Елены Уайт, которые можно получить и без мистических видений, — а строго логически, выводя логические следствия из теории стаи.

Елена Уайт, презрев обязательный для американцев дешевый патриотизм, многократно повторяла, что демократическая и протестантская Америка станет центром последней волны борьбы с инакомыслием, последней волны кровавой инквизиции. (Это предсказание адвентистские «внутренники» и «болото» по всему миру обычно понимают так: была хорошая-хорошая демократическая страна, наилучшая в мире, но вдруг, неожиданно, наперекор самой себе становится деспотией. Однако, теории стаи никакое «вдруг», типа джинна из бутылки, не требуется. Все закономерно и внутренне не противоречиво. Так уж ли будет палочная деспотия? А может быть, демократия-наполеоновщина и есть тот самый питательный бульон, на котором неминуемо произрастет Антихрист? Нет, вовсе не кнутом он будет помыкать «просветленными» энтузиастами…)

Елена Уайт предупреждала о том, что Америка в последнее время будет представлять собой единство отступившего протестантизма с католичеством, и католики будут «вести». Католичество изменится и приспособится, но в основе своей — стайно-инквизиторской (чего стоят те зверства, которые оглашались на процессе в Сербии в 1946 году над шестью католическими священниками-францисканцами — палачами-садистами Ясеновацкого лагеря смерти!) — не изменится.

В XIX веке слышать про грядущее окатоличивание в тогда еще по форме протестантской Америке было охлосу невозможно — но не потому, что в те времена католиков в Соединенных Штатах насчитывалось ничтожное меньшинство, а большинство составляли никак не могущие между собой договориться о конкретных догмах «истины» разноконфессиональные протестанты, не мыслившие существования без тесноты многолюдных еженедельных «собраний».

Сейчас, в конце XX века, католиков в Штатах уже больше 40% — и их удельный вес в населении растет.

Исполнилось ли и это предсказание Елены Уайт? Исполняется!

Она предупреждала также и о том, что Америка, в XIX столетии бывшая занюханной провинцией, не представлявшей ни малейшего интереса для таких людей как граф Толстой и граф Игнатьев и не имевшей никакого политического влияния в мире, перед Вторым Пришествием станет сверхдержавой, гегемоном мира. «Здравомыслящим» и это казалось невозможным, однако — исполнилось. И вот уже американские самолеты бомбят «внешников», навязывая выжившему «болоту» свою «внутренническую» логику, а американское жулье чувствует себя хозяевами уже в большей части мира.

Итак, Америка — которая в средствах массовой так называемой информации самовозвеличивается как оплот свободы — центром последней волны инквизиции естественным образом будет.

«Невозможно! У нас правовое государство! У нас Конституция это запрещает!»

Но был опыт Второй мировой войны, когда в попрание не то что всех законов, но даже и собственной Конституции, всех американцев японского происхождения в одночасье арестовали и поместили в концентрационные лагеря — до самого разгрома «внешнической» Японии объединенными силами союзников. Да, оставшимся в живых выплатили аж спустя полсотни лет компенсацию и принесли извинения. Выжившим. А вот реабилитированным в 1977 году Сакко и Ванцетти, казненным безо всяких доказательств в начале 20-х на электрическом стуле только по желанию верного раба «внутреннической» иерархии судьи Кацмана, извинений уже не принести…

В сущности, Елена Уайт ничего нового не предсказала (пророчества о событиях вообще были на периферии ее интересов; главное — личность Христа и осмысленные прямые с Ним взаимоотношения), — она лишь уточнила некоторые библейские пророчества.

Скажем, в 1850 году, когда первые вести о спиритических сеансах воспринимались как некая экзотика, когда спиритисты еще отчетливо противопоставляли себя христианству, Елена Уайт печатала статьи с предупреждениями, что спиритизм есть обман сатаны последнего времени. Скоро, — предупреждала она, — он станет не только популярен, но и сольется с популярными формами христианства. Что это, как не уточнение известного библейского пророчества:

Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям (спиритизм. — А. М.) и учениям бесовским.

(1 Тим. 4:1)

Это — уже новозаветное пророчество, уточнение предыдущего пророчества, ветхозаветного, произнесенного Исаией:

Но Ты отринул народ Твой… потому что они многое переняли от востока: и чародеи у них, как у Филистимлян, и с сынами чужих они в общении. <…>

И преклонился человек, и унизился муж; и Ты не простишь их.

(Ис. 2:6–9)

Точно так же, Елена Уайт — подобно Амосу возвестив неприятные для исполнителей последнего времени слова об особенной богопротивности Америки, этой возделанной ярыми сектантами и уголовным жульем территории, — в сущности, лишь уточняла пророчества «Апокалипсиса» о последнем времени, об участии в событиях идеологизированной государственной власти («зверя»), и того, что форма идеологии будет не новой, но лишь повторением одной из прошлых («восьмый из числа семи»), христианской лишь в восприятии охлоса, путающего переживания с покаянием.

Что это как не уточнение пророчества?

Откр. 17:7–8, 11:

И сказал мне Ангел: что ты дивишься? я скажу тебе тайну жены сей и зверя, носящего ее…

Зверь, которого ты видел, был и нет его, и выйдет из бездны и пойдет в погибель; и удивятся те из живущих на земле, имена которых не вписаны в книгу жизни от начала мира, видя, что зверь был, и нет его, и явится…

И зверь, который был и которого нет, есть восьмый, и из числа семи, и пойдет в погибель.

Стоит ли повторять, что и библейские пророчества, и уточнения Елены Уайт идеально согласуются со следствиями из теории стаи?

Поделитесь на страничке

Следующая глава >