Рекомендация 2: Сосредоточьтесь на том, что вам очень нравится, а не на том, что вам неприятно

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Рекомендация 2:

Сосредоточьтесь на том, что вам очень нравится, а не на том, что вам неприятно

Префронтальная кора тесно связана с целеустремленностью, сосредоточенностью и удержанием внимания. То, чему мы уделяем внимание и на чем сосредоточиваем свои усилия, имеет огромное влияние на нашу повседневную деятельность и самочувствие. Как я уже писал, многие люди с проблемами префронтальной коры, и в особенности страдающие СДВ, часто ищут ссоры, чтобы таким образом стимулировать свою ПК. К несчастью, у такой модели поведения имеется масса негативных «побочных эффектов». В частности, она плохо сказывается на отношениях с окружающими и на работе иммунной системы. Если же вы станете обращать внимание только на то, что вам самим нравится в вашей жизни и в окружающих, это станет действенным способом поддерживать здоровье своей префронтальной коры.

Именно с этой целью я коллекционирую пингвинов. В моем кабинете их уже более шестисот. Пингвины во всех видах: пингвины-флюгеры, пингвины-часы, ручки, карандаши, куклы, настенные часы, галстуки, набор для шитья — с пингвинами, пылесос — с пингвином, и далее трусы с пингвинами, которые подарил мне девятилетний пациент. Я понимаю, что это может выглядеть немного странно. Тем не менее я говорю, что поскольку я психиатр, то могу позволить себе маленькие странности. Друзьям и родным не приходится мучиться, придумывая мне подарок на Рождество. Давайте я расскажу вам, почему коллекционирую пингвинов и какое отношение они имеют к префронтальной коре.

Когда я стажировался по психиатрии детей и подростков, мы с семьей жили на Гавайях. Как-то раз мы с сыном, которому было тогда семь лет, отправились в развлекательно-образовательный морской парк. Мы посмотрели выступление косаток, выступление дельфинов и, наконец, выступление пингвинов. Пингвина звали Толстый Фредди. Он совершал поразительные трюки. Он прыгал с семиметрового трамплина, клювом играл в футбол, считал, хлопая крыльями, он далее прыгал сквозь горящее кольцо. Мы с сыном сидели и наслаждались его выступлением. Потом тренер попросила Фредди принести ей какой-то предмет. Фредди пошел, взял его и отдал своему тренеру. И тут я подумал: «Ничего себе! А когда я прошу своего сына принести мне что-нибудь, он сначала двадцать минут пререкается со мной и в конце концов так никуда и не идет!» Но я-то знал, что мой сын умнее пингвина.

Потом я подошел к дрессировщику и спросил его: ?«Как вам удается заставлять Фредди делать такие сложные вещи?» Тренер посмотрела сначала на сына, потом на меня и ответила: «Б отличие от родителей, каждый раз, когда Фредди выполняет то, о чем я его прошу, я это замечаю! Я его обнимаю и даю ему рыбку!» И тут я все понял. Каждый раз, когда сын выполнял мою просьбу, я все равно обращал на него довольно мало внимания. Я же был занятым человеком, как и мой отец. В то же время, когда он не хотел делать то, о чем я его просил, я уделял ему много внимания! Я же не хотел, чтобы мой сын вырос плохим человеком! Я невольно показывал ему, что, чтобы завладеть моим вниманием, он должен быть маленьким чудовищем. С того самого дня я стал честно стараться замечать его хорошие поступки и попытки (правда, я не кидаю ему рыбки, поскольку он их не любит) и придавать не слишком много внимания его просчетам и ошибкам. Нам обоим стало гораздо легче жить.

Я коллекционирую пингвинов, чтобы напоминать себе, что надо больше обращать внимание на то хорошее, что есть в людях, которые встречаются мне в жизни. Это сильно помогло и мне, и моим пациентам. Часто хорошо иметь какую-то вещь, которая станет напоминать об этом принципе. Для большинства из нас неестественно обращать внимание на то, что нам нравится в жизни или в окружающих, особенно если для стимуляции нашей префронтальной коры мы бессознательно используем ссору.

Сосредоточенность на отрицательных сторонах жизни или окружающих делает вас больше подверженными депрессии и может оказать разрушительное действие на ваши отношения с другими.

Джейми

Я хочу привести пример того, как эффективно действует этот принцип. Семь лет назад я познакомился с Джейми, четырнадцатилетней девочкой, которая поступила к нам в клинику после попытки самоубийства. Она пыталась лишить себя жизни, так как плохо училась в школе и получала оценки хуже, чем ее друзья. Тем вечером, когда она предприняла эту попытку, она сильно поскандалила с матерью, которая ругала ее за плохую учебу. В семейном анамнезе Джейми по линии отца были случаи депрессии, в то время как у матери наблюдались многочисленные симптомы СДВ (хотя она отказалась обследоваться или лечиться по этому поводу). Джейми часто грустила и в основном обращала внимание на отрицательные стороны жизни. Она была импульсивной, неорганизованной и не могла сосредоточиться на учебе. Ей поставили диагноз «депрессия в сочетании с СДВ». На сканировании SPECT была выявлена сниженная активность ПК и повышенная активность в лимбической области. Я назначил ей лекарственную терапию (которая со временем свелась к применению двух препаратов — Prozac и Ritalin). Кроме того, я начал проводить с ней сеансы психотерапии. Через несколько месяцев состояние Джейми сильно улучшилось. Настроение повысилось. Учиться стало легче. Ей самой стало проще сдерживать свое раздражение и контролировать импульсивность. Если после выписки из клиники она приходила ко мне раз в неделю, то со временем сеансы психотерапии стали проводиться раз в две недели, а к концу первого года лечения и вовсе раз в месяц. Практически все стороны ее жизни обрели стабильность. Все, кроме одной: скандалы с матерью продолжались.

Через два года после нашей первой встречи, войдя ко мне в кабинет, она неожиданно разрыдалась. «Я не выношу свою мать, — сказала она, когда мы приступили к очередному сеансу психотерапии. — Она постоянно придирается и доводит меня. Я помню, что вы советовали мне не реагировать на нее, но я не могу. Она знает все мои уязвимые места». Потом она стала рассказывать мне об их последнем скандале, а когда закончила, огляделась по сторонам и вдруг спросила: «Доктор Амен, а как получилось, что взрослый человек стал коллекционировать пингвинов?» Я удивился и спросил ее в ответ: «А вы только их заметили? Два года спустя?» И тогда я рассказал ей про Толстого Фредди. Я рассказал ей о концепции формирования поведения, той самой, которую использовала тренер Фредди, чтобы сделать его звездой. Я предложил ей: «Давайте, я научу вас, как сформировать поведение вашей матери. Всякий раз, когда ваша мать начинает вести себя по отношению к вам неадекватно, когда она ищет с вами ссоры, говорит вам грубые или злые вещи, я хочу, чтобы вы оставались спокойной и не реагировали на нее».

«Но, доктор Амен, — ответила Джейми, — я не знаю, как это сделать. Я пробовала, и у меня не получалось!» Я ответил: «Я знаю. Но теперь, когда я рассказал вам о формировании поведения, я хочу, чтобы вы попробовали еще раз. И каждый раз, когда ваша мать прислушивается к тому, что вы ей говорите, помогает вам, я хочу, чтобы вы ее обнимали и говорили ей, как сильно вы ее любите и цените». Джейми обещала, что постарается.

Придя ко мне через месяц, Джейми сказала, что это было лучшее время в отношениях с ее матерью. Ее мать только раз попробовала кричать на нее, но Джейми не реагировала. Зато в остальное время часто обнимала ее. «Кажется, я начинаю понимать, что вы имели в виду, доктор Амен, — сказала она. — У меня есть возможность исправлять ситуацию. Или делать ее хуже. И далее если я не несу ответственности за то, как ведет себя моя мать, я могу сильно влиять на это». Я был горд за Джейми. Она поняла, что, концентрируясь на том, что ей нравится в ее матери, а не на том, что ей в ней не нравится, она получила возможность влиять на негативную ситуацию в позитивном ключе. Я научил ее перестать быть жертвой матери и использовать свои позитивные возможности.